Этот сборник — возможность погрузиться в уникальный мир Кисиды, где драма рождается не из громких событий, а из тишины между словами, из напряжения, что копится в обыденных жестах. Его пьесы — как сны: кажущиеся знакомыми, но ускользающие от однозначного толкования. Читая его пьесы, то и дело вспоминаешь Кокто, Пиранделло и, разумеется, Горького и Чехова. Русская драматургическая традиция оставила значительный след в творчестве Кисиды, классика японского театра.
